Перейти к контенту

ulmas

Пользователи
  • Число публикаций

    446
  • Регистрация

  • Последнее посещение

1 подписчик

О ulmas

  • Звание
    Участник форума
  • День рождения 15.12.1969

Информация

  • Город
    Ёбург
  • Немного о себе
    обо мне ничего интересного не написано
  • Ваши генеалогические интересы
    все в форуме

Недавние посетители профиля

1 352 просмотра профиля
  1. В Сладковскую волость надобно было всех ссыльных ссылать, которая одна с четверть всего Ишимского округа (уезда). А в ней десяток деревень. Просторы-то какие. Ну, болотистая малость. Но и так по заболоченности и климату никакого сравнения с Сургутским и Нарымским уездами, не говоря о Туруханском крае, куда ссылали вдесятеро больше политических преступников. Просто рай. В ссылку в Ишимский уезд явно попадали по блату. И многие, у кого руки не из того места росли. Во всей Сибири более плодородные почвы и климат (местами) помягче (а местами куда поганее), пожалуй, лишь в Приамурье (в перенаселенной полосе км в 50 от китайской границы) и в Уссурийском крае. Формально, с агрономической точки зрения, исследователь, конечно прав. Солончаки - это ни разу не украинские или кубанские черноземы. Но лучшей-то земли в Сибири не было в помине. И казахстанскую целину поднимали, в значительной части, на подобных почвах (и сдуру, едва их не угробили при куда более современном уровне агрономической науки). Просто уметь надо на таких хлеб растить. Местные научились и при самом примитивном земледелии. Не только себе на потребность - почти всю Сибирь хлебом кормили. Приезжие, не зная местных почв и местного климата, только портили землю, полагая, что дураки это местные. В итоге, сами голодные ходили. Пока до самых упрямых не доходило, что местные за 150-200 лет чему-то на собственном опыте научились и не грех поучиться у них. Ну, а ссыльные, большей частью, вовсе не крестьяне. Им хоть какую землю давай - они с нее не прокормятся. Да и вообще не желали заниматься крестьянским трудом. О неумении пришлых обрабатывать местные почвы автор сообщает прямым текстом. Ну, а агрономия тогда мало чем могла пособить - и сама была на примитивном уровне и не было возможности хоть какие-то ее достижения внедрять среди косного крестьянства, которое, разумеется, было против любых экспериментов. Нафиг нужно чему-то учиться, затем все менять, рисковать землей и урожаем (собственной жизнью и своих детей) ради неизвестной выгоды, когда проверенные дедовские способы земледелия, если не лодырь и руки растут не из задницы, обеспечивают - и даже с некоторым запасом и излишками - собственные потребности.
  2. Едва ли - это едва ли. Надеюсь, русский язык вы знаете. Это значит, что прямых рекомендаций вы, конечно, не давали. Но, так как в этой теме вы безусловный лидер и авторитет, то таковых и не надобно. Вы свою точку зрение на отсутствие необходимости для исследователей чтения источников на иностранных языках, которые не знаете вы сами, выразили откровенно. Не умею и не могу я - значит, не надо никому. Только так можно понимать ваш пост под последним образцом заполнения метрических книг на польском языке. И, кстати, почему на ты? Грубейшее нарушение этикета. Я вас не оскорблял, просто искренне удивился столь неуместному замечанию от такого специалиста, как вы. Не только не обращался к вам грубо и ad personam, но и не единым словом не выразил сомнения в вашей компетенции и не критиковал такой странный подход. А лишь высказал свое мнение, что источники эти изучать надо - и потому, что они исключительно важны и потому, что игнорируя их, человек сам себя обкрадывает. А вот вы меня, по каким-то совершенно иррациональным причинам, мне неведомым и непонятным, в ответ пытаетесь совершенно открыто оскорбить. Чем вы возмущены? Типа, я влез на чужую территорию и имею непозволительное право иметь свое мнение и иной подход к поискам и изучению источников по польским предкам наших земляков? Ничего, что благодаря мне, большинство из них своих предков только что по-настоящему обнаружили или стоят на пороге к этому? И это не сибирская околица, а целый мир и десятки и сотни лет. И перспективный выход на ныне живущих за рубежом дальних родственников. Ну, физически не могу я (да и не имею такого желания и стимула) в одиночку изучить всю ту громаду источников, которые лежат, оказывается, в совершенно свободном доступе (не надо никуда ехать, тратить деньги, делать запросы в архивы, получая ожидаемые отписки или оплаченную фигню - сиди дома и рой хоть до посинения и заполняй свое древо, пока программа не гикнется от перегрузки и его не уничтожит - я так одно древо на тыщи полторы персон потерял, пару недель не сохраняя его предыдущие варианты). И никто другой за них и вместо них этого делать не будет. Самим придется, в основном, их изучать. Я могу советовать как лучше начать. Помочь с прочтением и переводом чего-то отдельного. Но и только. Давайте вместе делать полезное дело, а не учить другого тому, что он лучше умеет и знает. Тем более, не мешать друг другу. Вы работаете с русскими источниками из сибирских архивов (я их почти не знаю, поскольку всерьез, а не наскоками на пару часов с промежутками в полгода и в год, здешними поляками и месяца не занимаюсь - и могу лишь пройтись по вашим следам, или, чтобы не изобретать велосипеда, обратиться к вам за консультацией), я - в основном, с источниками из зарубежных и с интернетом на иностранных языках, которых на уровне простейшего понимания знаю штук 15 (реально полезны для изучения польских предков лишь польский, латинский, английский, минимальный немецкий и на уровне чтения имен и заголовков - литовский; белорусский и украинский не считаю вообще - эти русско-польские суржики, в которых оригинальных слов полпроцента, не самостоятельные языки). Единственное, в чем мы пересекаемся - это в опознании лиц из наших и их источников. Если отбросить личную вредность, то нам просто нечего делить и не о чем спорить. У меня нет никаких амбиций, чтобы покушаться на ваше лидерство здесь. Я гость. Этот поиск для меня просто развлечение. Которое, скорее всего, быстро надоест. И ничего на свете в ближайшие несколько лет, пока в голову не ударит вновь такая прихоть, не заставит меня заниматься генеалогий местных поляков (плевал я на их 700-летнее дворянство, для меня реально интереснее индейские и эскимосские потомки отдаленно родственных моей семье, и иным окуневцам, тюменцев, участвовавших в первой половине 19 в. в колонизации Русской Америки, идентификация таковых среди умерших и похороненных в колониях). Если мои посты вам кажутся здесь неуместными, можно перенести их в отдельную тему. Или в тему по деревне, где проживали и проживают потомки тех поляков. Интересующие меня более всего Коханьские интересуют меня именно по их связи с селом моих предков Окунево. Прочие (Вроценьские, Межвиньские, Бичели и Ящолды - как дальние родственники Коханьских; да все ишимские поляки между собою успели переродниться).
  3. Невозможно прочитать печатный текст на польском? Который я специально прилагаю для облегчения труда для тех, кто возьмется расшифровывать рукописные записи о своих предках? Который, в общем, не сильно отличается от стандартного текста таких же книг, написанных на русском. Имеющие глаза и знающие латинский алфавит без труда сумеют сопоставить тексты и понять практически все. Не прочитаете вы - сумеют прочитать другие. В любом случае, когда-нибудь им надо будет преодолеть косность, ограничивающую их поиски только источниками, литературой и интернетом на русском языке. В вашем лице я в первый раз встречаю специалиста, взявшего на себя смелость изучать народ, языка которого не знает даже на уровне чтения заголовков и имен. И, вдобавок, едва ли не рекомендующего подобный подход к исследованию всем прочим. А если им окажется недостаточно русских источников? Которые, к тому же трактовали их предков чрезвычайно односторонне и утилитарно, да и вообще крайне мало интересовались их жизнью? Захочется знать большего, чем в них содержится? Чтение и понимание смысла стандартных текстов, состоящих из нескольких десятков стандартных слов и фраз даже для полного дилетанта совершенно не проблема. Польский язык - это не тот язык, который следует учить специально. Для его понимания вполне достаточно знания просто латинского алфавита. Не важно как произносятся эти слова - польское письмо архаичное и этимологичное, оно зафиксировало состояние польского языка примерно на 13-14 вв., когда он отличался от старорусского не более, чем ныне отличается от современного русского украинский. Простейший способ научиться понимать польский язык (как и любой другой славянский) - это просто начать читать на нем. Я научился с первой же книги. На первой странице которой я не понимал половины слов, но общий смысл был вполне ясен. На второй - я выбросил только мешающий словарь, а на десятой я забыл, что читаю на чужом языке. Мне уже пофиг было, что я не всегда могу найти русский эквивалент того или иного слова. Я понимал отлично его смысл в контексте и наслаждался чтением без перевода, даже в уме. По ходу чтения я уже фактически думал на этом языке, чувствовал его, понимал, что каждое слово стоит на своем месте, это лучший из всех вероятных синонимов и заменить его другим невозможно. К чему нужен перевод, только портящий красоту оригинального текста? При всем желании и умении переводчика никогда полностью адекватно его не передающий? Перевод это как снимок, репродукция, копия с шедевра. Может быть почти идеальным, но это не шедевр. В лучшем случае, в нем душа переводчика, а не автора. Или вообще ничего. Читая на славянских языках, да и на любых других, начинаешь лучше понимать и чувствовать свой собственный, родной язык. Каждое слово которого - это уже не просто набор случайных звуков, а дорогое наследие, артефакт с многотысячелетней историей, драгоценный камень, ограненный лучшими мастерами или окатанный волнами тысячелетий до идеальной формы и практически художественной красоты первоначально простой и угловатый невзрачный булыжник. Глуп тот, кто ленится познавать чужие языки. Он не понимает чего теряет, какой красоты и богатства сам себя лишает. А уж как невероятно красива, емка, благородна и поэтична даже самая убогая канцелярская латынь. Те, кто когда-нибудь доберутся до чтения тех же метрических книг на этом языке, оценят. Каждая простейшая запись звучит как высокая поэзия. Хочется ею наслаждаться. Люди, зафиксированные в таких записях, кажутся уже не обычными людьми, а какими-то античными титанами. Просто переводить эти записи на обыденный современный язык - получается пошлятина. Нет, с латыни можно и нужно переводить только самым высоким стилем. Церковнославянским. И изысканным письменным русским языком Великого Литовского княжества. Если я, не имеющий польских предков и самих поляков, скорее, недолюбливающий, способен так наслаждаться польским культурным наследием на их богатом и прекрасном языке и на благородной, даже в похабных надписях на стенах публичных домов Помпей (hic ego puellas multas futui), латыни, неужто российским потомкам поляков, с глубоким уважением относящимся к своим предкам (многие из которых были, правда, той еще сволочью - ну да черт с ними: de mortuis aut bene, aut nihil) это недоступно и чуждо?
  4. По поискам родственников ссыльного Коханского нашел в сети готовое электронное древо, почти целиком доступное, составленное на жителей его родных Пшелайского и Недзвингского приходов - примерно на тысячу персон, живших там в 19 в. Литовцы состряпали. Все имена и фамилии искусственно литуанизированы. Но догадаться кто есть кто не сложно. И хотя метрические книги - источник этой таблицы доступны, но зачем терять время на распутывание сложных родственных связей местных жителей, если эту работу уже ранее выполнили? Просто срисовываем все это. Коханские там далеко не главные персонажи, но, чтобы разобразаться кто из них кому кем приходится, нужно разобраться вообще с их браками.
  5. Образец заполнения католических метрических книг об умерших на польском языке (1827-47):
  6. Спасибо за похвалу. Тем более, что она, действительно, заслуженна. Хоть я ее не просил. Не мой это род, какой мне личный интерес им бахвалиться? Так же как и нахваливать себя, если составление этой родословной отнюдь не мой труд? Просто рад удивительной и практически халявной находке, но не такой уж и легкой - какие тонны информации и как долго приходилось напрасно ворошить, не зная еще какие именно слова нужно вбить в поисковик, чтобы он моментально выдал тебе настоящую находку. Может, потомков крепостных, из-за каких-то унаследованных от предков обид и комплексов, и уязвляют успехи в поисках предков дворян. И вообще чужие успехи (еще раз, отнюдь не легкие, никакие ум, образованность и талант не помогут без кропотливого труда и если находок получается много - то только от того, что ищу там, где никто иной не искал и не ищет, хотя нет для этого никаких препятствий, кроме собственной лени и зациклинности на одной теме, одном круге источников). Или озлобляет чужая бескорыстная радость по поводу находки лично тебе даром не нужной (но которая, вкупе с подобными, открывает целые горизонты будущих поисков). Но, наверное, не всех. Я сам по предкам из с. Уктузского потомок крепостных. И зазорным для себя это не считаю. Меня это вообще нисколько не колышит. Как и отсутствие типа благородных предков. Благородство грамотой не дается. Крепостные ни в коем случае большинством предков населения Уктузской волости, конечно, не были. Основная масса - потомки лично свободных государственных крестьян, переселившихся в Сибирь, в основном, с Европейского Севера еще в 17 веке. В любом случае, при переселении в Сибирь, если не вместе с барином, крепостные сразу становились свободными государственными крестьянами. И лет через 10 совершенно ничем от старожилов не отличались. Проблема с поисками предков крепостных не в том, что они не имеют длинную историю предков или их не переписывали, а в том, что они, в массе своей аж до 19 века не имели фамилий или устойчивых наследственных прозвищ и как их различать и идентифицировать - это одному богу известно. Считал и считаю, что это нудное и никчемное занятие, а находки делом настолько редкой удачи, которая не оправдывает потраченного времени. Но кто этим занимаются - флаг им в руки. Чем труднее поиск, тем, для нашедшего дороже находка (в данном случае, исключительно для него и никого более). Если же есть возможность копать вглубь крестьянские корни и делать это результативно (а не убить жизнь на поиски и идентификацию какого-то одного никому не нужного Васи, чья единственная заслуга в том, что он наплодил несколько столь же никому не нужных Вась, решительно ничем не отличающихся от Вась соседских, что ставит под подозрение в их настоящем отцовстве тезку соседа Васю) - отчего ж этим не заниматься? Крестьянские, бывают, поглубже иных липовых дворянских. Я корни интересующих меня крестьянских земляков и предков дорыл до 17 века, у некоторых до его начала, насколько позволяли доступные документы. Пытаться глубже искать - только время убивать. Раньше их просто не было в Сибири, а в России они, и будучи свободными, в те времена, скорее всего, не имели фамилий (устойчивых прозвищ). Чуть ли не все русские сибирские фамилии 17 в. новообразования явно уже местного происхождения, на прежней родине неизвестные или бессмысленные, ибо не служат для идентификации и различения личности в конкретном месте проживания (Устюжанин, Вычегжанин, Каргополец, Сысолятин, Южаков и подобным нет числа; из известных в Сибири личностей разве что Хабаров унаследовал родовое прозвище со своей европейской родины, но предки Дежнева, к примеру, на европейской родине такого прозвища не имели, да и сам он). Из каких-то фискальных соображений именно в Сибири с начала 17 в. для учета населения понадобилось фиксировать прозвища всех поголовно и требовать от населения впредь в официальных случаях использовать именно их. Так что для большинства крестьянских фамилий искать корни в Европе бессмысленно. Даже если бы там, действительно, сохранилось много более ранних крестьянских переписей, они ничего бы не дали из-за невозможности сопоставления их с сибирскими книгами.
  7. Ну, ладно. Те идиотские порядки нам теперь не исправить. За свою халатность, безалаберность, полнейший пофигизм при выполнении элементарных служебных обязанностей предки уже сполна расплатились. Свалить такую Империю оказалось проще простого. А родословная Коханского это все-таки нечто. Какие еще фамилии Уктузской волости могут похвалиться более глубокими прослеженными корнями? Чтобы в предках был рыцарь с дворянским гербом 1270-80 г.р., умерший в 1330-40-ых гг.? Тогда еще не Коханьский, а просто рыцарь Доминик герба Роля (жена его тоже известна - некая Пшехна). Имение Кохань (в Малой Польше) приобретет только его внук Клеменс герба Роля из Коханя, родившийся в 1340-50 гг., а герб Люба (литовские Коханские все Любичи) впервые будет отмечен у внука последнего Мечислава Новаковского из Коханя, родившегося около 1390-1400 г. и умершего после 1440-го. Польские или немецкие корни копать очень перспективно. Сколько там поколений даже до 17 века я со счету сбился после 20. А несколько пропущенных поколений Коханских из имения Талькун, может, и удастся восполнить. Документов с этой фамилией, отсканированных, из фондов Литовского государственного исторического архива в интернете достаточно, как раз за 17-начало 19 в. Почти все даже по-польски. Но какой кошмарный почерк. И неинтересные сами документы - всякая аграрная отчетность и инвентаризация. С малознакомыми архаичными терминами. Впрочем, не обязательно всю эту чушь читать, чтобы найти нужное имя и дату.
  8. Кроме паспортов, куча иных документов, удостоверяющих личность, была. Без которых ни один свободный человек нигде, кроме своей деревни и квартала в городе, обойтись не мог. От тех же подорожных до билетов проститутки. А вот на политических преступников и не каких-то там бродяг, а дворян, у полиции никаких документов не оказалось. И полицейские служащие пишут всякую хрень от балды или со слов издевающегося над ними преступника. Не идиота, не знающего толком своего имени и возраста, а человека, наверняка превосходящего их по интеллекту в разы. Просто дивно. А вы про какие-то Указы, циркуляры и Свод законов Российской империи. Да те полицейские, наверняка, и букварь, с огромным трудом осилили.
  9. Кстати, неужели в те времена даже у дворян каких-то паспортов не было, если никто, оформляя официальные полицейские документы, не проверял ни правильного имени, ни возраста, ни прежнего места жительства арестанта или ссыльного поселенца. Или только у них и не было, ибо я не представляю себе ни крестьянина, подавшегося в ближайший уездный город без документа кто он и откуда и по какой надобности, ни рабочего или мещанина, ищущего работу в другом городе без такой же бумажки, ни свободного путешественника без подорожной с полной записью кто такой, куда и откуда следует и по какой надобности. Да ему ни на одной станции лошадей бы не предоставили, даже и за деньги. Ибо станционный смотритель обязан был переписать данные о каждом путешественнике в свою книгу. Как можно было писать непроверенную туфту или отсебятину в документах, по которым передавали с рук на руки государственного преступника? Верить на слово человеку, который даже собственный возраст отказывается назвать или нагло лжет в глаза, издевается, каждый раз сообщая разные о себе сведения? Я могу понять туфту в сталинских расстрельных делах, где следователей совершенно не интересовали правдивые данные на их подопечного, которому они шили вышку. Но уже в делах на заключенных, которым предстояло сидеть или отправляться в ссылку, хотя бы их личные данные, наверняка, соответствовали истине. Ибо, если сбежит таковой и окажется, что его непонятно где и как искать (а если отыщется - попробуй сперва докажи, что это именно он, если в официальных документах иные данные), греть нары пойдет сам следователь. А царские полицейские чиновники - они, что: вообще никакой ответственности за подаваемую ими информацию не несли?
  10. Любят у нас сочинять указы, которые в реальной жизни и конкретной обстановке выполнять абсолютно невозможно. Одно в них правда - у кого были с собой деньги, тот мог купить себе почти все. Кроме свободы. И ему это официально разрешалось. Я так думаю, что почти никто реально в кандалах не путешествовал. Хоть указа на этот счет не было, но наверняка и такую услугу можно было купить. Точно так же как справки о болезнях. Не говоря о лучшем питании. За деньги, разумеется, хоть из ресторанов, если такие имеются по пути. Чрезмерная строгость и тупость российских законов во все века с лихвой компенсировались необязательностью их исполнения. Циркуляры это циркуляры, а реальная жизнь сама по себе. Сам Государь на вопрос, что делать с пьяницей, заявившим в кабаке "Плевал я на вашего царя" и попытавшимся выполнить это абсолютно наказуемое законом святотатство, отвечал: "Передайте ему, что мне тоже плевать на него. А впредь моих портретов в кабаках не вешать".
  11. Ага. И жалованные грамоты, которые доказывали бы их привилегированное положение, арестанты тащили с собой в котомках, а до этого хранили под тюфяком в тюрьме и арестантских ротах. А подлинность их проверяли конвоиры и кашевары, у которых благородные арестанты вымогали себе улучшенную пайку. Вся эта фигня на этапе массовых и беспорядочных арестов и высылок стопроцентно не работала. Только хорошо обустроившись на месте, эти шляхтичи могли попытаться, если бы нашли деньги для оплаты услуг почты и специальной бумаги для официальных писем, послать запросы на родину для оформления им документов, подтверждающих их более высокий статус.
  12. Подводу выделяли всем семейным с детьми. И, в любом случае, освобождали таковых от оков. И вообще отправляли в более цивилизованные места, чем мятежников-холостяков. И давали им пособие - фактически на детей, до их совершеннолетия, а чтоб пособие выделили холостяку - не встречал. Дворянам на пути следования в ссылку никаких специальных поблажек не делали. Антону Сендровскому - мещанину, но тоже из шляхетской семьи, холостяку, предписано было отправление в Сибирь в оковах. Водворение без какой-либо материальной помощи. Отсутствие нужных в деревне навыков и специальности и как они будут при этом выкручиваться власти ни мало не интересовало. В общем, власти, в основном, беспокоились о сохранении жизни детей ссыльных, а окочурятся ли в пути или сразу по прибытии политические преступники, не имеющие детей - им было глубоко пофиг. Состояние здоровья и бытовые удобства преступников - родителей малолетних детей, интересовали государство только с той точки зрения, что дети, лишившись в пути или на этапе водворения родителей, сами вряд ли выживут.
  13. деревня Воробьева

    Чего проще: это ж опубликованная уже Уктузская волость - у кого скан работает, помогите людям, отсканируйте им несколько страниц по д. Воробьевой из книги о крестьянах Уктузской волости и по таблице оттуда же с фамилиями из переписи 1897 г. найдите лист переписи на Никитиных. Пусть сперва составят древо по этим данным. А уж потом по вычисленным примерно годам рождения можно будет уточнить и дополнить сведения об этих лицах из метрических книг Уктузской церкви. Бесплатных и вполне легко доступных, как и перепись 1897 г. и ревизские сказки, начиная с 1782 г. Или люди думают, что кто-то бросит все и элементарную работу сделает за них?
  14. Спасибо, вот по этому второму указу они и сдернули из деревни. А домой не поехали потому, что не было для них там никакого дома, хозяйства, никаких интересов и дел - через 30-то лет. Никто из них родины, кроме в конец обрусевшего Ипполита и его старшей сестры, тоже еще ребенка во время восстания, не видел и не помнил. А именно Ипполит, старший мужчина в роду и первый наследник собственности и прав своего отца, вовсе ни на что не претендовал и не собирался никуда ехать. Эти указы, по большому счету, и не про них писаны - никто из них (сосланные родители давно умерли) никакими участниками восстания не были и быть не могли по своему малолетству, большинство ж - и вовсе в Сибири уже родились. Если бы родители оставили своих малолетних детей в Литве, на попечение родственников (интересно только каких, ибо практически все Коханские из Талькун и Недзвингов, включая тамошнего бессменного на протяжении 20 лет существования этого прихода ксендза Викентия, оказались замешаны в мятеже, и высланы еще дальше, не имеющие семей - приговорены к каторжным работам), а не повезли с собой в Сибирь, никакого поражения прав для этих детей вообще бы не было. Ну, вернулись бы они всем скопом домой, в литовскую свою деревню. Ну, возвратили бы им власти сгнивший без хозяина родовой дом, даже если за эти годы там кто-то самовольно поселился, земельный участок, который прежде обеспечивал эту семью - так это были дом и земля для одной семьи в 6 человек, а наследников Александра за эти годы стало несколько семей и в разы больше народа. Между делом, нашел в интернете у поляков фактически готовую генеалогию благородной фамилии Коханских, начиная аж с предка, жившего в 13 веке. Но подробно, до наших дней, доведены лишь близкородственные составителю линии, проживавшие в пределах бывшего прусского забора (Алленштейн-Ольштын) и в районе Сувалок. А линия Коханских из околицы Талькуны обрывается на первом же зарегистрированном там представителе этой фамилии - Станиславе Коханьском, сыне Якуба Коханьского из Коханя, герб Любич, который получил этот хутор во владение где-то в середине 17 в. Безусловно, это прямой предок Александра и прочих его родственников и однофамильцев проживавших в Талькунах в конце 18-начале 19 вв., но 150-летнюю пропасть от того Станислава, переселившегося из-под Кракова в Литву, до родителей Александра и его сверстников той же фамилии, состоявших неизвестно в каком родстве с ним, не так-то просто заполнить. Коханские, кстати, в начале 19 в. трижды официально подтверждали свое дворянство. Так что именно у них, с такой древней родословной (находящей подтверждение в сотнях исторических документов), каковую и не каждый монарх имел, оспорить его было очень проблематично. Воинов, правда, в их роду было не слишком много (и те - в отдаленные времена козацких войн, прославившиеся в битвах с Хмельницким, а также в обороне государства в годы шведского потопа) - все больше писарей, но среди этих грамотеев были две довольно значительные исторические персоны: королевский посол в Турцию, ездивший в Константинополь заключать перемирие, и знаменитый далеко за пределами Речи Посполитой ученый, преподававший во многих европейских университетах: математик, физик, механик, изобретатель, астроном, философ-иезуит, современник и товарищ по переписке Лейбница, библиотекарь и воспитатель королевских детей при дворе польского короля Яна III Собеского, который лично вытребовал такую знаменитость из Европы. В общем, понятно, в кого уродился писатель Николай Денисов. С такими-то предками не иметь зуд к писательству и интересов, далеко выходящих за пределы окуневского мирка - это надо быть вторым Ипполитом (нет ничего зазорного быть простым крестьянином, но если ты рожден и воспитан, обучен для большего, то стремиться пойти по легчайшему пути, ассимилироваться, не выделяться, слиться с массой - это поражение, добровольная деградация). Николай, лишь на четверть Коханский, по странному выбрыку генов, оказался им более, чем его католическая родня - он более них неосознанно тяготился ссылкой своих предков - и не только физически, но и духовно вырвался из нее.
  15. Ни в одном селении Дубынской волости я прочих Коханских не обнаружил. В Ново-Александровском (ожидаемо) сплошь одни недавние воронежцы. Но католик Петр, жених 1913 г., по крайней мере, родился крестьянином данной волости, что было за три года до переписи. Сын обрусевшего Ипполита Александр, не зафиксированный в переписи в семье отца, будучи около 1880 г.р., никак не мог покинуть дом и отправиться в самостоятельную жизнь раньше чем за год-два до этого. То есть, большая часть Коханских, по-видимому, покинула данную волость буквально накануне переписи 1897 г. По далеко не полной, случайной подборке (в интернете) материалов 20 в., датируемых с 1913 по 1941 гг., мы неизменно встречаем этих самых потерянных людей и очевидных их потомков в г. Ишиме. Значит, туда они всем скопом, ориентировочно году в 1895-м (на 30-летний юбилей своего водворения в Дубинской волости), и рванули - поближе к культуре и цивилизации, получив, наконец, дозволение покинуть предписанные для их проживания деревни, но не территоррию Ишимского округа. Остались в деревне лишь совершенно обрусевшие и окрестьянившиеся члены семьи. Наверняка, есть где-то в архивах документы, санкционирующие выезд преимущественно католической части фамилии Коханских в Ишим. Но проще разворошить легкодоступную перепись 1897 г. г. Ишим - более полдюжины пленок по тыще с лишнем кадров. Как не хотелось браться за нее (до последнего надеялся, что Коханские свалили в Ишим около 1900-1905 г., но не сбылось). Все же придется. Разгадка этого головоломного ребуса должна быть там.
×

Важная информация

Пожалуйста, прочитайте Условия использования