Перейти к публикации

Смолево. Старообрядческое Подмосковье


vladimirS
 Поделиться

Рекомендованные сообщения

Куровское

 

Из Дулево в Куровское трасса на юг идет, а на полпути место интересное…
«Ой – сказала Ирина: деревня Новая! Я туда хочу»…
«Кстати – сказал я: направо поворот на Запонорье. А там же, Ирина, рядом Барское, а Барское – это Чуркин- разбойник!».
«О-о-о, Чуркин!».
«Ребята, смотрите, а налево второе Смолево, должно быть!».
«Ух, ты!» - вздохнули мы хором… Все рядом и так близко. Но времени уже не было, и мы только крутили головами. И двигались на юг, в Куровское.
В Куровском нечаянно (то есть, не спрашивая ни у кого) вышли на новую старообрядческую церковь. Интересно их сравнить: старую и новую рядом…

 

f59dcebb3023.jpgb9ca32513e8f.jpg

 

Еще когда ехали в Дулево, обратили внимание на крупный монастырь по левую руку от трассы. Решили непременно побывать там, на обратном пути. Называется монастырь Гуслицкий мужской Спасо-Преображенский.

 

ced3ee6ef0bb.jpg

 


e45507e2c585.jpg

 

Как пишут, создан он был с целью обращения в православие раскольников, которые населяли всю местность гуслицкую. Позволю дать небольшую информацию о монастыре (с сайта Богородск-Ногинск):
«Строителем монастыря был назначен иеромонах Парфений (Агеев) (1807-1878). Это был человек сложной судьбы. В 1839 г. Петр Агеев, он же бывший старообрядческий инок Паисий, уехал на Афон и там, в 1841 году принял монашество с именем Парфений в русском Пантелеимоновом монастыре. Он много странствовал по святым местам, бывал на Востоке, свои воспоминания изложил в книге – «Странствия по святым местам России, Молдавии и Турции» (М.,1854)…
В 1854 году инок Парфений поступил в братию Гефсиманского скита при Троице-Сергиевой Лавре. Он был рукоположен в иеродиакона, затем в иеромонаха и в 1856 г. назначен строителем Николаевской Берлюковской пустыни. Здесь через два года он получил задание подыскать места для новых миссионерских монастырей. Изучив почти все селения Гуслицкой местности и не найдя подходящего места, отец Парфений на речке Нерской набрел на деревянную церковь Спаса, при которой в двух избах жили священник, дьячок и церковный сторож. По преданию, церковь возрастом была лет 400, в ней хранилась чтимая даже раскольниками явленная икона Нерукотворного Образа Спасителя. Здесь и было решение основать обитель. В 1860 г. в монастыре был построен и освящен деревянный храм Нерукотворного Образа Спасителя с приделами Преображения Господня и Святителя Николая. В обители имелась прекрасная библиотека, включавшая в себя значительное количество старопечатных и рукописных книг, значительное собрание старинных икон – около 500…
В 1866 г. в монастыре митрополитом Московским Иоанникием был освящен огромный пятиглавый собор во имя Преображения Господня. Имя архитектора неизвестно. Иконы в храмовом иконостасе выполнял известный иконописец Ручкин…
Решение о восстановлении монастыря в наше время было принято Святейшим Синодом во главе с патриархом Московским и всея Руси Алексием II 9 июля 1998 года, когда праздновалось 140-летие основания обители».
Вот такая история.
У монастыря познакомились с нашими коллегами, которые также ведут генеалогический поиск. Свои люди…

 

36d63ddb6a42.jpg

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Давыдово – Гора – Костино.

 

Мне кажется, что первые дома Давыдово видны прямо-таки от Гуслицкого монастыря. Проезжая в Давыдово старообрядческий моленный дом, поверните еще раз налево, там выезд к деревне Гора. От Давыдово до Горы едва ли километр будет. А если вы Гору проедите до кладбища и вдоль него по проселочной дороге путь будете держать, то там до Костино даже и ехать-то нечего. Все рядом.
Ближайшая цель у нас – Гора. Раньше здесь был центр старообрядческой иконописи и действовало несколько мастерских. Пока я о них ничего не знаю. А знаю я, что живет в Горе сын Захарова Зота Ивановича и моей двоюродной бабушки Соколовой Домны Ивановны – Егор Зотович. Захаровы – коренная фамилия Горы, возможно, и они тоже когда-то иконы писали.
Дорогу мне показывает представитель семейства Булкиных. Позднее, на кладбище, по надгробьям создалось у меня представление, что весьма богатым было это семейство. Подъехали к дому, где Егор должен жить, а вот по описанию не все совпадает. Через улицу у дома я женщину моих лет углядел, и у нее стал выяснять про Егора. Она хитро меня и спрашивает: а зачем, дескать, я его ищу. Вот так я и познакомился с сестрой моей троюродной Валентиной, дочерью Егора. А потом и с Егором Зотовичем. Вот они.


e69d6d191e57.jpgc9dc969a415d.jpg


Ведь как интересно получается: конечно, что-то я узнал. С Валей мы побывали на кладбище, где Домна с Зотом похоронены. Когда в деревню въезжали, то я ни года рождения Домны не знал, ни отчества Зота, ни того, что его репрессировали в 1937 году. Ну вот что-то узнал преимущественно из рассказов Валентины, но, на самом деле, эта такая капля ответов на все вопросы.

 

f9a44edf5b99.jpg

 

И вот мыслями подобными о бескрайности информационной загруженный, в Костино остался я машину караулить у маленькой часовенки.

 

d0eb8adb1079.jpg

 

Ирина с Галей пошли деревню смотреть, а я сидел и думал, как же со всем этим поиском справлюсь. Ведь все же интересно. Гора с ее иконописными корнями. Захаровы – про них тоже все выяснить хочется – свои. Оглядывался я на прошедшие в поездке дни - началось все со Смолево, а теперь что: Молоково, Меткамелино, Кузяево, Хотеичи, Гора, Костино. А я еще даже и не касался Яковлевской, Анциферово. Родственные выходы у меня и на Давыдово, и на Барскую, и на второе Смолево ведут. В Пласкинино сколько браков! Что еще забыл? Сидорово, Соболево! А еще ту неизвестную мне деревню, куда Соколов Мина Савельевич, брат моего Мартина Савельевича, переселился, ее название так пока и не удалось прочитать в переписи 1773 года…
Хорошо бы во всех материалах, что я из Смолево в этот раз привезу, разобраться…

 

В общем, было над чем задуматься…

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Вспомнить всё…

 

… было над чем задуматься…

 

Сидел и ждал
И мысль явилась…
(сейчас стихом заговорю):
то ль истина мне
вдруг открылась,
ну, это ж надо! Говорю:
«Да, наконец-то,
Эти мысли устанешь ждать,
Всё ерунда какая-то крутиться,
Ну, вот опять… про ужин думаю
А вечером одна… о завтраке дума.
А тех, единственных,
прекрасных, дорогих
все нет и нет, где носит их?».
Поэтому, когда они придут,
Ты знаешь, что дела пойдут…
Пришла одна… она
проблеме той посвящена,
чтобы Смолево описать
от дома к дому, рисовать
расклад живущих не сегодня,
а, скажем, лет на сто назад,
Признайтесь, этому
(ну, очень!) был бы рад
любой, кто генеалогии и друг и брат.
Сказал и сделали… и сели все втроем…

 

4e6d779f5b98.jpg

 

Вы думаете, что стихом
я так и буду продолжать?
Его, конечно же, удобно
Всем читать. А мне писать?

 

Ну, что сказать? И как сказать?
И рифма где-то потерялась
Не вовремя опять,
И где же мне ее искать?

 

Вот перейду-ка я на прозу…

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

ЦИАМ, ф.2127, оп.1, ед.хр.532
Метрическая книга Богородско-Глуховского старообрядческого храма святого Николы (373 л.)

 

Л.367
Смерти, храм святого пророка Захарии за 1915 год.

 

Л.367об.-368
№ 1. 15 января. Кр. Моск.г. Бог.у. Карп.в д.Смолево Николай Семенов и Евфимия Федотова Соколовых, ст.об., д.Василиса, 3 мц, младенец, от воспаления легких. Заявитель кр. Моск.г. Бог.у. Карп.в д.Смолево Евфимия Федотова Соколова. Погребение совершил Мефодий Леонов на загородном Богородском кладбище.

 

Л.370об.-371
№ 9. 16 июня. Кр. Моск.г. Бог.у. Карп.в д.Молоковой Иван Михайлов Демин, ст.об., находился в болезненном состоянии в земском приюте в г.Богородске, 70 лет, вдовый, от старческкого маразма, заявление последовало о его смерти из Богородского земского приюта. Погребен св.Мефодием Леоновым на загородном Богородском кладбище. Подпись М.Леонова.

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Ирина, спасибо! Вот что интересно: не далее, как час назад я обнаружил пропуск (сколько не проверяй, а раз за разом находишь ошибки), но пропуск знаковый. Я пропустил в ревизии 1850 года у Соколова Антипа Ивановича еще одного сына Семена 1840 года рождения («пропустил» – это значит, что не внес в ДЖ). Как мог пропустить – не ведомо, а вот как смог именно сегодня обнаружить пропажу – еще более странно.
Семен этот появляется в ревизии 1858 года, но потом пропадает. Не удивлюсь, что именно у него у него рождается позднее сын Николай, который вступает в брак с Евфимией Федотовой. Хотя, конечно, есть в моей базе и другие Соколовы Семены.
Деминых Иванов Михайловичей из Молоково и 1845 года рождения у меня в базе двое, но оба они не захоронены на кладбище в Молоково и, следовательно, скорее всего, оказались за пределами своей деревни.

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Володя, Евфимия Федотова не жена Семена Антипова, а жена его предполагаемого сына Николая Семенова!

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Володя, Евфимия Федотова не жена Семена Антипова, а жена его предполагаемого сына Николая Семенова!

Да, конечно, опечатка вышла.
Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Вспомнить все - 2.

 

Скажу сразу, что не все вспомнили. И, тем не менее, дело пошло, и за три дня (думаю, что часов 15-16 на эту работу ушло) мы справились. Начали с нечетной стороны улицы от дома № 1 и до № 109 включительно, потом перебрались на четную сторону и прошлись по убывающей. Теперь я уверен, что тактику мы выбрали правильную, вспоминая не фамилиями, а дворами, не пропуская ни одного дома, включая даже те, каких сегодня уже нет.
Выглядит это таким образом. Возьмем, например, конспект разговора - двор 5:
«Соколов Захар (отчество неизвестно), родился где-то до 1890 года. Жена Татьяна (более ничего). Сыновья Иван и Владимир. Оба погибли на фронте. Иван 1910 года, а Владимир 1908. У Ивана жена Клавдия Васильевна из Гафилиных. Их дети: Александр 1930 года, Мария 1933, Алексей 1940 года рождения.
У Александра жена тоже Александра, ее отец Дроздов Василий. У них двое детей, девочки, двойня, одну зовут Тамара. А Мария вышла замуж за Волкова Петра Никифоровича, у них дети: Сергей 1957 года, Михаил примерно 1960, Валентина, кажется, 1962.
Кто жена у Алексея – не помню, но есть двое детей, дочери. У Владимира жена Агриппина Ивановна, дочь Волкова Ивана Егоровича».

 

Все ли оценили то, что надиктовала мне Александра Савельевна? Инна Ивановна соглашается, в некоторых случаях опровергает, где-то дополняет.
Вот так мы около 15 часов и проработали. Не удивительно, что моя база в ДЖ увеличилась после поездки примерно на тысячу персон.

 

Вообще-то, с Соколовым Захаром история интересная получается. Я сразу проверил и убедился, что нет у меня к нему привязки. Не могу предположить, кто его отец. Среди прочих своих бесчисленных вопросов в Смолево я и этот задавал: как отчество у Захара. Никто не вспомнил.
И только Валентина Ивановна Иволгина, у которой и отец Соколов Иван Иванович и дед Соколов Иван Иванович, вдруг говорит: «А у деда двоюродный брат Захар был». Это он! Но отчества Валентина Ивановна тоже не помнит.
Задача с Захаром интересная получалась.
Теперь читайте внимательно, я запутывать вас собрался.

 

В подворной переписи 1869 - 1871 годов этот двор Соколовых записан так:
Анофрий Иванов 73 года (это брат Антипа Иванова),
Иван Антипов 26,
Иван Антипов 23,
Герасим Антипов 18,
У Ивана жена Ульяна Иванова 25,
Их дети: Никита 3,
Петр 1,
Анна Гурьянова 55 лет (жена Антипа Иванова). Итого: 6 мужчин и 2 женщины.
В статведомости 1883 года дворов этой семьи стало 2:
Соколов Иван Антипов (мужчин – 5, женщин – 4),
Соколов Иван Антипов (мужчин – 1, женщин – 1).

 

Логика того, почему именно эта семья Соколовых мной выбрана – следующая:
как ни странно, но при всей распространенности имени Иван, в данном случае, кроме перечисленных выше, есть среди Соколовых в 1870 году еще только два Ивана –
Иван Ульянов и Иван Михайлов (но про них-то я уж как раз все знаю – Иван Михайлов мой прадед, а Иван Ульянов – сводный брат моего прапрадеда Михаила).

 

Кроме того, известно, что отец Валентины Ивановны (Иван Иванов) родился в 1887 году, а у деда Валентины Ивановны (также Ивана Иванова) были двоюродные братья Захар и Никита, но кем приходятся Захар и Никита друг другу – неизвестно.

 

Спрашивается: кто отец Захара? И, вообще, есть ли решение?

 

4b6a71c5eb59.jpg

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

О причинах.

 

Задумался о причинах того, почему с начала ноября в теме Смолево нет моих новых публикаций. Естественно, что речь о специфических («поисковых») причинах, а не о каких-то иных, идущих от текущих жизненных обстоятельств.
Решил, что, вообще говоря, всегда есть три личностных (я бы сказал – очевидных) причины: первая – нечего сказать, вторая – есть что сказать, но лень, третья – есть что сказать, но некогда.

 

Первая отпадает, поскольку я даже не коснулся таких, например, задач, как старые фотографии, порядка 160 переснятых, которых мы привезли из Смолево.
И я ничего еще не сказал о проведенном мною в это время анализе Книги памяти Орехово-Зуевского района, что опубликована на сайте Богородск-Ногинск.
Надо сказать, что такая публикация Книги – случай не частый. Я пытался искать в Интернете аналогичные Книги Воскресенского, Раменcкого, Дмитровского районов, но не нашел.
Также не сказал еще об отправленных в ноябре «поисковых» письмах с заведомо сложной их судьбой и малой вероятностью ответа.
Сказать, стало быть, есть о чем.

 

О лени – это, конечно, про меня, но идет она не по причине нежелания делать, а от того, что хочется думать. Есть у меня такой пунктик. Но, когда размышляешь, и возникают интересные задумки, в том числе, и для публикаций.

 

По поводу «некогда» – тоже весьма серьезно, недаром Галина подходит и вздыхает, что, дескать, опять над своим «Древом жизни» сидишь, написал бы лучше что-нибудь для форума…

Но помимо этих, названных причин, есть еще и «неочевидные». Например, я как бы со стороны наблюдаю за собой – а куда меня поведет? Ведь интересно же!
Вот и дневник летней нашей поездки не закончил, потому как перебивается он другими мыслями… Там много еще чего сказать можно: и замечательные московские встречи,
и удивительно интересное пребывание в Дубне, в Дмитрове. А еще - Рогожское кладбище!
Получив любезно-уклончивое согласие Галины на то, чтобы она продолжила рассказ о нашей летней поездке, я тем временем задумался над новым поворотом в теме о Смолево…остановлюсь, пожалуй…

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

В «лесах».

 

Так всегда было: шли в лес, за мной обязанность была дорогу определять и всех по ней вести. Очень я любил в местах незнакомых по интуиции передвигаться. Правда, при этом мы плутали слегка (за что я статуса «Сусанина» удостоился), но и то сказать, что интуиция в итоге всегда верх брала и на правильную дорогу выводила…

 

Шли, помню, мы ночью в месте незнакомом. Вернее, слегка знакомом, поскольку пару лет назад мы с Германом там весь день блуждали, но то днем было и в день солнечный. А теперь вот ночь, лунная, правда, что само по себе здорово.
Прошли мы мимо деревни Гари. Она издалека нам подслеповато окошками помигала. И в темный-темный лес углубились. При полной луне, скажу я вам, тени от деревьев особой чернотой отличаются. Дорога просто царская: широкая, упруго-песчаная после дождя. Не дорога, а наслаждение.
Идем изрядно уже и весело. Но вот прохожу я какой-то легкий прогал слева. Просека не просека, тропа не тропа, так что-то непонятно заросшее. Прогал этот во мне неясную задумчивость породил. Прошли еще с полчаса, а я как будто в стенку незримую уперся и дальше идти не могу. Остановил всех и объявил, что вернуться нам надо, не туда, дескать, движемся. А почему так, объяснить не могу, сам потому как не знаю.
Отметил, что при луне выразительность лиц у народа не меньшей бывает, чем в полдень. Но промолчал народ, и назад мы подались. Когда дошли до «моего» прогала незаметного, на который я уверенной рукой указывать стал, понял, что «бунт на корабле» назревает. Спасло меня, пожалуй, то обстоятельство, что путь по «моей» полу-тропе недолгим оказался, и через километр-полтора мы к реке вышли…
Но чудеса на ней не прекратились.
Напоминаю, что ночью дело было. Наташа в сторонку отошла, чтобы на луну полюбоваться. За ней особенность водится такая, что в мысли и созерцание Наталья впадать горазда. Вот и тогда эта ее особенность проявилась. А Нина, среди суеты лагерной, вдруг фигуру недвижную в сторонке обнаружила. Ну и вывела свое громкое: «Ой, кто это!! А??». Наташа-то ничего – она просто оглядываться стала, где это там тот, кто «ой, кто это, а?». Но Галина, которая деловито в рюкзаке рылась, от этого занятия не отрываясь, нешуточную точку во всем эпизоде поставила своим «А-а-а-а!!!», так что все звуки лесные в окрестности километров пяти, как я думаю, заглушила…

 

Почему эти тропки и дорожки лесные мне так генеалогический поиск напоминают? Бывает, идешь по дороге надежной, в две колеи, она споткнется о какое-то препятствие и сразу в тропку узкую превращается. Выведет тебя тропа такая на полянку и вовсе там пропадет. Впрочем, наоборот тоже бывает…

 

c5c7b652f412.jpg

 


Не могу сказать, что я полностью сумел за прошедшее время в записях по деревне Молоково разобраться. Фрагментами – безусловно. Полностью, как по Смолево - нет. Только недавно приступил я к этой задаче, и в ревизии 1816 года такую запись обнаружил:
«Иван Фадеев 28-32, Ивана сыновья Ермил 3-7, Михайла 6-10,
Ивана пасынок Феоктист Алексеев 17-21,
Ивана Фадеева жена Матрена 44, дочь Авдотья 16».
В 1834 году фамилия у этой семьи появляется – Казаковы.
Казаковы – коренная молоковская фамилия. Непонятно лишь, где пропадал Иван Фадеевич в возрасте 12 лет в 1796 году. В том году ни одного Фадея в Молоково нет. Нашел лишь Афимью Фадееву 48 лет замужем за Кондратом Дементьевым Гусевым, но по ее возрасту трудно предположить, что она в сестры годится Ивану Фадееву. Вот Варвара Фадеева 29 лет, жена Малафея Дементьева Землекова, может, конечно, на этот статус претендовать. Однако, наиболее вероятным является то, что все они (Афимья, Варвара, Иван) в Молоково пришлые .
Вот ведь про жену Ивана Фадеева Матрену, которая на 12 лет старше своего мужа, я не могу того же сказать. Это ее второй брак, а в 1796 году она замужем за Алексеем Филимоновым. Их сын Феоктист так и проживет до 1829 года с Иваном и Матреной.
Вопрос – откуда взялся Иван Фадеев в Молоково?
Есть семьи, к которым возвращаешься в разговорах вокруг Смолево. Помню точно, что про детей Фадеевых я уже говорил в одной из своих публикаций. Вернулся в 1796 год и во дворе смолевском под № 23 читаю: «Дмитрий Моисеев 78 лет, брат его Фадей вдов 58, дети Фадея: Яков 38, Матвей 19, Иван 16…». Так вот, сам Фадей и его сыновья в Смолево в последующих ревизиях не упоминаются!
Мое предположение: расселились они из Смолево, да не в одно место, а порознь. Не исключено, что смолевский Иван Фадеев и есть тот самый Иван Фадеев, что в Молоково 1816 года обнаружился…

 

Иван с Матреной в брак вступили около 1800 года, если дочь Авдотья 16 лет в 1816 году записана.
Чтобы предположения более реалистичными стали, нужно мне Галине задачу правильно поставить и попросить ее в ЦИАМ заглянуть в ревизию 1811 года.
Если правильна моя догадка, то в 1811 году Иван Фадеев в Молоково уже будет присутствовать, а из смолевских списков исключен. Алексея Филимонова, по-видимому, в Молоково мы также не установим…

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Перемещения в пространстве

 

Возьмем, к примеру, мою базу кровных родственников. В ней, говорю с уверенностью, больше половины персон – это те, о ком я только и знаю, что родился, дескать, а вот, что с ним или с ней дальше было – не ведаю. И от того это идет, что люди имеют тенденцию в пространстве перемещаться. Причем, не просто новые места посмотреть, а, если повезет, то и обжиться в них. Но при этом временно или навсегда теряются для тех, кто их разыскивает.

 

Следует сказать, что в ранних ревизиях и переписях, как мне кажется, писари аккуратнее были и пытались фиксировать, куда человек делся, если переехал, или откуда он перехал, если неожиданно объявился. Более всего, думается, это к «Заразным скаскам» 1773 года относится. Но в поздних ревизиях такой детализации все меньше и меньше. Появляется у человека жена, а кто она и откуда – неясно. Может, мне только так не повезло…
В связи с этим разные поисковые ситуации складываются.

 

Первая из них – «вот это да!». Смысла в этом восклицании большого я не вижу, но эмоций много. Это означает, что по чистой случайности на след ранее потерянного человека набрел в поисках.
Совсем недавно, да что там – не далее, как вчера просматривал я (в очередной раз – даже не знаю, сколько раз нужно просматриваться, чтобы новые подробности выявлять!) подворную перепись 1869 года деревни Кузяево.
И нападаю на такую запись:
«Богородский мещанин Кирилла Зотов Цапаликов 60 лет, его сноха Аграфена Ларионова 40 лет, ее дети Наталья 14 лет, Ирина 11, Александра 9, Кузьма 6 Никифоровы».
Что-то знакомое… где-то я нечто похожее видел?

 

А видел я запись бракосочетания по Рогожскому кладбищу, 4 мая 1851 года сделанную:
«Богородский третьей гильдии купеческий сын Цепашков Никифор Изотов 22 лет и деревни Молоковой Аграфена Ларионова 20 лет…» в брак вступают. В ней же одним из свидетелей Богородского купца сын Кирилла Изотов упоминается.

 

Аграфена – это дочь Землекова Лариона Филиппова и Дарьи Ивановой. Кстати, другую их дочь, Екатерину, выдают замуж в Смолево за Бубнова Матвея Никифорова, внучатого племянника моей прапрапрабабушки Анны Еремеевой. Ну, это к слову…

 

Так, вот, разночтения в фамилии этой пары пусть вообще вас не беспокоят, это дело пятое. Могли писари ошибаться, чтецы их записей также, а еще тот, кто оцифровывал материал. Не удивлюсь, что на самом деле истинной будет третья фамилия. Цыпленков, например, или что-то сходное. Важно, что действующие лица совпадают не только по именам и отчествам, но и, в целом, по возрасту у Аграфены.
А ведь Аграфена Ларионовна для меня так и числилась «пропавшей без вести», но вот вдруг и нашлась случайно…

 

Супротив случайности только одну форму я знаю: «фронтальный поиск».
Ну, например, есть Аграфена Ларионова в Молоково 1850 года, а в 1858 году пропадает без следа. Что делать? Брать ревизию 1858 года и по всем деревням Богородского уезда ее разыскивать? Так и делается, впрочем, если идет речь о нескольких персонах и некоторой уверенности, что надо на определенной территории человека разыскивать.

 

На чем такая уверенность строиться может? Да только на вероятности, что по своему определению относительной является. И, тем не менее, довериться ей в отдельных случаях можно.
А что за случай такой особый у меня сложился? Да очень простой – старообрядческое сообщество, одного уклада, одного согласия! Деревни такие старообрядческие естественным образом друг к другу тянутся. Поэтому стал бы я искать затерянных особ преимущественно женского рода в таком круге: Молоково, Асташково, Яковлевская, Анциферово, Костино, Гора, Давыдово. Ну, да, отдельные браки у меня могут и Ляхово, и Барскую, и Запонорье включать, но это скорее исключение, поскольку там свой круг деревень. Складывается у меня впечатление, что существует еще и третий круг гуслицкий, что в сторону Егорьевска тяготеет. Не исключено, что и четвертый есть, просто я о нем не догадываюсь пока.

 

На запад, к столице, если лес миновать, где у деда Тимофея лошадь задавило упавшей елью, Шевлягино, Игнатьево, Кузяево – так эти названия только к концу 19 века в смолевских бракосочетаниях мелькать стали.
Правда, вот что интересно: пусть мы на запад так и будем двигаться, проезжая и Антоново, и Карпово, минуя Новохаритоново и Жирово, преодолевая длиннущую улицу Меткамелино. Так ведь и там девушек к замужеству готовых видимо-невидимо! Но нет, они нам и не подходят вовсе! Нас еще далее влечет. Так там, верст за пять после меткамелинской околицы, деревня Пласкинино будет. Вот это - наши, что ли? Видимо, так.
И это еще ладно, это относительно близко. А смолевских еще заносит аж в Губино, что у самого Виноградово обосновалось. Соколову Марфу Ивановну, бабушку мою двоюродную, в Губино и отдали. А за кого – всем уже и забылось, помниться, что Иваном звали, а остальное неведомо. Придется так и искать. Письмо в Ашитково, куда Губино относится, по осени еще отправил. Ответа пока нет…
Вот как поиск в таких случаях, как Пласкинино или Губино планировать, если порой вообще неизвестна та сторона, куда человек подался. Я, например, до сих пор не знаю, в какой стороне мне моего Соколова Мину Савельева искать, который согласно «скаске» 1773 года место жительства сменил. А вот куда перебрался? Название так мудрено писарем исполнено, что и не разобрать вовсе. Придется страницу копировать, на форуме вывешивать и конкурс по опознанию написанного учинить… 

 

А если таких случаев для поиска несколько сотен (как у меня в базе)?

 

(Меня не теряйте!)

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Перемещения в пространстве. Иконописцы Гуслиц.

 

Все началось с Интернета.
Нет, нет, я далек от мысли убеждать вас, что ранее Слова была @.
Я лишь про данную публикацию, которую ссылкой на сайт самарский продолжаю:
http://samstar-biblio.ucoz.ru/

 

На нем я нашел Словарь старообрядческих иконописцев. Выбрал из него тех мастеров, кто происходил из Гуслиц, и с сокращениями и комментариями своими здесь привожу.
Обратите внимание на то, что многие из мастеров позднее на Урале работали.

 

АЛЕКСЕЙ Афанасьев. Гуслицкий иконописец, крестьянин деревни Анциферовой, Богородского у. Работал в сер. XVIII в.
АЛИМОВ Иконописец, крестьянин д. Костиной Карповского приказа Богородского у. Московской губ. В 1839 году в Томской губ. были задержаны шестеро крестьян д. Костиной Карповского приказа Богородского уезда: Игнатий и Сысой Родионовы, Кондратий Ефимов, Алимов, Павел и Кирилл Кондратовы, «с иконами, рисункам, книгами, тетрадями и прочими записками».
БАЛЗЕТОВЫ. Гуслицкие иконописцы. Фамилия иконописцев известна из статьи Е.А.Агеевой, о формировании "Подмосковной рукописной коллекции" и о входящем в нее архиве гуслицких иконописцев Балзетовых. (Е.А. Агеева, старший преподаватель, МГУ Старообрядческое Подмосковье: история, согласия, традиции.)
БОРОДИН Иосиф Кузьмич (род. ок. 1817 г.). Удельный крестьянин д. Давыдовой Карповского приказа Богородского у. Московской губ. Иконописец. Из старообрядцев, крещен в Москве в Рогожской кладбищенской церкви. С 1849 г. проживал в д. Белоноговой Куртамышской вол. Челябинского у. Оренбургской губ., активно проповедовал старообрядческое учение и писал всем раскольникам «на старинный манер иконы». (Уральская икона, с. 259; Сибирская икона, с. 208).
ВАСИЛЬЕВЫ Устин и Сергей (братья?). Крестьяне Богородского у. Московской губ., из старообрядцев. Иконописцы, в 1847-1851 гг. работали в Екатеринбурге. (Уральская икона, с. 261)
ГАНЕНКОВ (Гоненков) Александр. Крестьянин Московской губ., иконописец. С 1848 г. проживал по у

 

вольнительному паспорту в Екатеринбурге, где сумел получить от городской ремесленной управы «дозволительное на иконописание свидетельство», утаив свою приверженность старообрядчеству. (Уральская икона, с. 269)

 

Ганенковы из деревни Гора. Моя троюродная тетя Нина Зотовна, дочь Зота Захарова из деревни Гора до войны вышла замуж за Ганенкова Севастьяна Еремеевича.

 

ГОСКИН (Коскин) Федор Иванович. Иконописец Богородицкого у. Московской губ.; из старообрядцев часовенного согласия. Работал на Урале в 1-й пол. - сер. XIX в. (Уральская икона, с. 270)
ГУСЕВ Павел Максимович. Крестьянин Московской губ. Богородского у., из старообрядцев. Иконописец, с 1847 г. проживал в Екатеринбурге, писал иконы «не только для своих единомышленников, но и для единоверцев». В архиве Секретного совещательного комитета по делам раскольников сохранился рапорт пристава 1-й части городской полиции от 27 апр. 1851 г.: »...Кирило Мартынов, Павел Гусев, Устин Васильев и Сидор Тарасов из здешнего города выбыли в места их жительства». (Уральская икона, с. 271)

 

Гусевых я и сейчас считаю коренной фамилией деревни Молоково. Среди самых ранних представителей этой фамилии в Молоково могу назвать Гусева Максима Кузьмича 1766 года рождения, но сына Павла у него я не обнаружил. Но Гусевы жили еще в Хотеичах, Ляхово и Мисцево.

 

ГУСЛИЦЫ. Так с давних пор называлась подмосковная местность в юго-восточной части Богородского уезда с прилегающими районами Рязанской и Владимирской губерний. Гуслицкие иконописцы работали далеко за пределами родных мест. В кон. 40 – нач. 50-х гг. XIX в. на Среднем Урале власти выявили свыше двух десятков гусляков, по многу лет занимавшихся писанием икон в Екатеринбурге (более десяти человек), в Нижне-Тагильском, Невьянском, Верхне-Тагильском и других заводах. Иконописный промысел развился, как рассказывают старожилы, где-то в середине XVIII века в семи селениях Запонорской волости: Анциферове, Яковлевском, Елизарове, Костине, Давыдове, Ляхове и в Горах. Первыми иконописцами были крестьяне деревни Анциферовой Филипп Евсеев, обучавшийся иконописи в Новгороде, и Алексей Афанасьев, обучавшийся в Москве. К концу XIX века в Анциферовой работали 25 иконописцев, в Яковлевской – 28, в Костине – 5, в Ляхове – 2, в Давыдове – 4, в Горах – 4 человека. В 80-х годах XIX века самым крупным иконописцем являлся Федор Федорович Морозов из д. Яковлевской. После Манифеста о свободе вероисповеданий (17 апреля 1905 г.) число иконописцев резко увеличилось и достигло к 1908 году 139 человек. Промысел захватил другие близлежащие селения: Запонорье, Запруденье, Барское, Елизарово. На Всероссийской выставке 1882 года в Москве были представлены иконы богородских иконописцев: из д. Яковлевской – С. Ф. Морозова, Г. С. Лунина, К. Г. Куколева; из д. Анцифоровой – М. К. Перина, И. А. Миронова, И. Р. Родина и из д. Елизаровой В. К. Чикалова. Последний иконописец из села Костино – Евстигней Семенович Плешков, ушел из жизни в 90-х годах XX в.

 

Самый ранний известный мне Плешков из Костино – Никита Еремеев 1774 года рождения. Его внучка Домна Семенова около 1845 года выходит замуж в Смолево за Разухина Кондратия Андреева. У нас ним общий предок смолевский, Селиван, живший во второй половине 17 века.

 

ЖЕЛВАКОВ Маркел Ильич. Владелец иконописной мастерской. Известен по этикетке на иконе «Преображение», размер около 44х40 см. Доска с ковчегом. Из надписи на этикетке известно, что мастерская работала в Владимирской губ. в дер. Яковлевская. Надпись так же имела текст Мастерская … В разных стилях старообрядцем. Вероятно, его сыновья - ЖЕЛВАКОВ Кирсан Маркелович, 1894, м.р.: МО, Куровской р., д.Яковлевская. Расстр. 20.03.38. ЖЕЛВАКОВ Тимофей Маркелович, 1885, м.р.: МО, Куровской р., д.Яковлевская. Расстр. 20.03.38.

 

Замуж за Желвакова Василия (отчество не знаю) около 1935 года выходит Соловьева Татьяна Яковлевна. Древо Жизни не готово определить нашу с ней родственность, скажу лишь, что моя двоюродная бабушка Соколова Анна Ивановна приходится ей тетей.

 

КОЗЛОВ Артемий Кириллович. Крестьянин Богородского у. Московской губ., иконописец. Из старообрядцев часовенного толка. С конца 1840-х гг. проживал и работал в Екатеринбурге. (Уральская икона, с. 284)
КОЗЛОВ Петр Кириллович (с сыном Александром). Владелец иконописной мастерской Екатеринбургский мещанин, мастер иконописно-живописного ремесла. Прихожанин Свято-Троицкого (что у Царского моста) храма старообрядцев, приемлющих священство; состоял в хоре певчих. Известен в 1850-е - после 1888 гг. (Уральская икона, с. 284; Сибирская икона, с. 211)

 

Козловы из деревни Яковлевская. Так, в частности, за Козлова Тита Григорьева выходит замуж около 1855 года Ирина Павлова, дочь Гафилина Павла Савельева из Смолево.
(еще продолжу).

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Перемещения в пространстве. Иконописцы Гуслиц (продолжение).

 

КОНДРАТИЙ Ефимов. Иконописец, крестьянин д. Костиной Карповского приказа Богородского у. Московской губ. В 1839 году в Томской губ. были задержаны шестеро крестьян д. Костиной Карповского приказа Богородского уезда: Игнатий и Сысой Родионовы, Кондратий Ефимов, Алимов, Павел и Кирилл Кондратовы, «с иконами, рисункам, книгами, тетрадями и прочими записками».
КОНДРАТОВЫ Павел и Кирилл. Иконописцы, крестьяне д. Костиной Карповского приказа Богородского у. Московской губ.
КУКОЛЕВ Каллист Г. Гуслицкий иконописец. Жил и работал в дер. Яковлевской.
ЛУНИН Григорий С. Гуслицкий иконописец. Жил и работал в дер. Яковлевской.

 

В ревизской сказке 1858 годы сходные фамилии в деревне Яковлевской можно прочесть: Куклев (Куколев) и Лукин (Лунин).

 

МАЛОВ (Молов) Михаил Васильевич. Художник, владелец иконописной мастерской в Москве на Рогожском кладбище, в Оружейном переулке в нач. XX в. В мастерской работали по оригиналам художников Васнецова и Нестерова масляными красками. ( Зиновьев, с. 32; Киселева, с. 13). В мастерской работали В.Ф.Божков, Ф.И.Захаров, Н.М.Зиновьев (с 1907 г.), А.Д.Модин, А.В.Смирнов.
МАРТЫНОВ Кирилл Терентьевич. Крестьянин Богородского у. Московской губ., из старообрядцев. Иконописец, с 1847 г. проживал в Екатеринбурге, писал иконы «не только для своих единомышленников, но и для единоверцев». (Уральская икона, с. 299)
МИРОНОВ Иван А. Гуслицкий иконописец. Жил и работал в дер. Анциферовой.

 

Фамилия Миронов встречается деревне Яковлевской в ревизской сказке 1858 годы.

 

МИХАЙЛОВ Тарас. Иконописец из Московской губ., старообрядец. С 1843 г. проживал в Нижнетагильских заводах с женой, племянником и работниками С. Ивановым и К. Терентьевым. Эти же иконописцы неоднократно были замечены и на других заводах: Верх-Нейвинском, Невьянском и Верхнетагильском. (Уральская икона, с. 308)
МОРОЗОВ Семен Федорович. Гуслицкий ? иконописец. Известен по подписи на иконе „Лоно Авраамово“, 1897 г., (инфомация предоставлена Куртом Эберхардом, Германия, 1999).
МОРОЗОВ Федор Федорович. Гуслицкий иконописец. В 1880-х годах самым крупным иконописцем являлся Федор Федорович Морозов из д. Яковлевской, получавший заказы с Нижегородской ярмарки, из Сибири, из Оренбургского края.

 

С одной стороны, Морозовы - это весьма распространенная фамилия в гуслицких местах (встречается в Ликино-Дулево, Новой, Куровской, Кудыкино, Асташково, Соболево), но фамилия не отмечена в деревне Яковлевской в 1858 году. Вместе с тем, это одна из коренных фамилий деревни Молоково.

 

ПАНКОВ Илларион Артемьевич. Выходец из крестьян Московской губ., в нач. 1860-х гг. переписался в мещанское общество г. Екатеринбурга. Из старообрядцев часовенного согласия, перешел в единоверие. Иконописец, известен по работам 1867-1918 гг. Был связан деловыми и родственными отношениями с иконописцами В. Сотцковым, Филатовыми и братьями Романовыми, с антикваром Д. Плешковым и др. (Уральская икона, с. 314; Невьянскан икона... С. 214: Гончарова Н. А. Невьянское иконописное наследие... С. 226; Сибирская икона, с. 212)
ПАНКОВ Петр Иванович. Удельный крестьянин д. Ляхово Карповского приказа Богородского у. Московской губ. Иконописец, из старообрядцев часовенного согласия. Известен по документам Секретного совещательного противораскольничьего комитета за 1853 г. (Уральская икона).
ПАНКОВ Федор Иванович. Крестьянин д. Ляхово Карповского приказа Богородского у. Московской губ. Иконописец, в 1852-1853 гг. проживал в Екатеринбурге со своим племянником Петром Ивановичем Панковым (Курковым). Писал иконы для местных старообрядцев-часовенников и для единоверцев. (Уральская икона, с. 314).
ПЕРИН М.К. Гуслицкий иконописец. Жил и работал в дер. Анциферовой.
ПЛЕШКОВ Евстигней Семенович. Гуслицкий иконописец из села Костино. Последний иконописец из села Костино – Евстигней Семенович Плешков, ушел из жизни в 1990-х годах.
РОДИН И.Р. Гуслицкий иконописец. Жил и работал в дер. Анциферовой.
РОДИОНОВЫ Игнатий и Сысой. Иконописцы, крестьяне д. Костиной Карповского приказа Богородского у. Московской губ.
РОМАНОВЫ. Династия старообрядческих потомственных иконописцев, работавших в г. Невьянске (Урал) в XVIII - XIX вв. Романовы перебрались на Урал из Богородского уезда Московской губернии не ранее конца 1830-х годов, некоторые из них первоначально жили и работали в Екатеринбурге. Они первоначально обосновались в Невьянском заводе, а затем перебрались в Екатеринбург. Семейное предание гласит, что первым иконописцем в роду был Ефим Ефимович Романов, который «жил во времена Николая I и Александра II». Свое ремесло он передал сыновьям Филату и Семену. Дочь Ефима Романова Мария слыла искусной мастерицей по оформлению бисерных окладов. Выйдя замуж, она проживала со своей семьей в Невьянском заводе (скончалась после 1887 г.). «Удельный крестьянин» Филат Ефимович Романов вместе со своими земляками Ф.И. и А. И. Курковыми проходит в делах Екатеринбургского секретного совещательного комитета за 1851 г. С 1860-х гг. в списках мещан Екатеринбурга проходит иконописец Семен Ефимович Романов. Известно, чго он работал на дому, «без записки в цех». Скончался в 1884 г. Семейный промысел продолжили его сыновья Андрей (ок. 1863-1921) и Гавриил (1865-1928). (Голынец, с. 62; Невьянская икона, с. 240; Уральская икона, с. 319-320).

 

О Романовых подробнее в последующих публикациях.

 

СИМЕОН Иванов. Старообрядческий иконописец из деревни Куровской (Подмосковье). Известен по подписи на подписной и датированной иконе из собр. Музея древнерусского искусства им. А.Рублева (Москва) «Иоанн Предтеча со сценами жития (на полях Ирина и Евдокия)», 1840 г., подмосковная старообрядческая мастерская, (Музей древнерусского искусства имени Андрея Рублева)
ТАРАСОВ Сидор. Иконописец. Из крестьян Богородского у. Московской губ., старообрядец. В 1-й пол. XIX в. жил и работал в Екатеринбурге. В 1851 г. екатеринбургская полиция отмечала, что Сидор Тарасов «выбыл вместо его жительства». (Уральская икона, с. 323)
ФИЛИПП Евсеев. Гуслицкий иконописец, крестьянин деревни Анциферовой, Богородского уезда. Работал в середине XVIII в.
ЧЕРНЫШЕВЫ Ефим Артамонович, Тимофей Ефимович, Федор Ефимович (отец и сыновья). Крестьяне д. Ляховой Карповской вол. Богородского у. Московской губ. Иконописцы, из старообрядцев часовенного согласия. В 1869 г. полицейские Златоуста произвели обыск в доме Чернышева и обнаружили, что глава семьи с сыновьями Тимофеем и Федором занимаются писанием икон (было найдено 18 написанных икон и 13 икон в разной стадии готовности). (Уральская икона, с. 335)
ЧИКАЛОВ Венедикт К. Гуслицкий иконописец. Жил и работал в дер. Елизаровой.

 

В отношении деревни Елизаровой, видимо, правильнее указывать - Чекаловы. Интересно, что Чикаловы также присутствуют в Орехово-Зуевском районе, но в деревне Войново-Гора, что достаточно далеко от Елизарово. В деревне Яковлевская (1858 год) отмечена также фамилия Чекановы. Некоторые дополнительные сведения по этим фамилиям в последующих публикациях.

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

ПЛЕШКОВ Евстигней Семенович. Гуслицкий иконописец из села Костино. Последний иконописец из села Костино – Евстигней Семенович Плешков, ушел из жизни в 1990-х годах.

 

На информацию о Евстигнее Семеновиче, натыкался уже не раз. Все больше и больше прихожу к мнению, что он тоже имеет прямое отношение к моим Плешковым из Очерского Острожка.

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Перемещения в пространстве. Иконописцы Гуслиц (продолжение 2).

 

Продолжу наводить мосты незримые между гуслицкими деревнями и славным городом Екатеринбургом с окрестностями.
Следующий материал, что я обнаружил в Интернете, содержит ссылку на публикацию в альманахе «Гуслицы». Ее и привожу:
Романов С.Ф. Костино. //Гуслицы: историко-краеведческий альманах. Выпуск 3. - Ильинский Погост, 2006. - Стр. 52-55.

 

Сохраняя авторский текст, позволю себе лишь сократить его несколько. Итак:

 

«Одна из страниц гуслицкого иконописания связана с деревней Костино. Мои предки Романовы по отцовской линии были иконописцами, о чем я узнал от своей мамы Наталии Федуловны Шуниной (1914 — 1995), уроженки села Слободищи. Она вышла замуж за Феодора Александровича Романова (1908 - 1970) из деревни Костино. Здесь, в Костино, всегда и проживала наша старообрядческая семья…
Где-то в середине 1970-х гг. на чердаке дома в Костино случайно я нашел большую пачку листов с рисунками, которые (как я уже позже понял) именуются прорисями, образцами для написания икон…
Так, имя Исав Ефимова Романова выявлено на листе с образом "Святитель Никола Чудотворец (Можайский)". Среди рисунков есть и прориси, принадлежавшие другим иконописцам: "Рождество Христово" и "Усекновение главы
Иоанна Предотечи" работы Ивана Макарова, "Спас Нерукотворный" Ивана Семенова Чернышева…
В комплексе сохранившихся материалов мое внимание привлек конверт, присланный из Екатеринбурга 1 октября 1892 г., "со вложением денег шесть рублей (6)" через почту Ильинского Погоста в деревню Костино на имя моего прадеда "господина Исака Ефимовича Романова от Анфисы Чекаловой".

 

По архивным данным установлено, что Романовы переселились на Урал в первой половине XIX в. Они первоначально обосновались на Невьянском заводе, а затем перебрались в Екатеринбург. Установлено, что первыми иконописцами в роду был Ефим Ефимов Романов, который жил во времена Николая I и Александра II и свое ремесло передал сыновьям Филату и Семену". Дочь Ефима Романова Мария была искусной мастерицей по изготовлению бисерных окладов. В архивных делах вместе с Филатом Ефимовым Романовым упоминаются и имена его земляков - Ф.И. и А.И. Курковых, иконописцев из деревни Ляхово Богородского уезда Московской губернии…
В 1904 г., в мастерской, принадлежавшей братьям Гавриилу и Андрею Романовым, был выполнен запрестольный выносной двусторонний Крест-Распятие. По переписи 1887 г. известно, что иконописцы А.С. и Г.С. Романовы проживали в городе Екатеринбурге по улице Никольской, 102 и имели мастерскую при доме…
Среди старообрядцев и единоверцев Пермской и Тобольской губерний высоко ценились выносные Кресты-Распятия работы братьев Романовых. Один из таких крестов был изготовлен ими в 1904 г. для подношения царю Николаю II пермскими единоверцами. Оба брата хорошо знали историю старообрядчества, были тесно связаны с известным городским антикваром Д.Е. Плешковым (по материнской линии он приходился им родным племянником)…
Имена гуслицких иконописцев Романовых, работавших в деревне Костино, также известны по архивным материалам второй половины XIX в.
В "Подворной переписи селений Богородского уезда Запонорской волости за 1869 - 1871 гг." в селении Костино под номерами 118 - 120 значатся: "Исака Ефимов 31 год, иконописец (...), Семен Ефимов 26 лет, иконописец (...), Кондратий Ефимов 55 лет, иконописец, проживал по паспорту в Сибири 1 год (…).
При сопоставлении сведений, касающихся членов большой семьи Романовых, следует, что Ефим Ефимов передал свое ремесло всем своим сыновьям - не только Филату и Семену, которые переселились на Урал, но также Исаку и Кондратию Ефимовым, которые остались здесь, в селении Костино. Именно эти братья Исаак и Кондратий Ефимовы представляют собой гуслицкую ветвь иконописцев Романовых».

 

gluk
Вот он, Д.Е.Плешков! Известный городской (по Екатеринбургу) антиквар. У него прямая родственная связь с Романовыми. Причем связь эта может быть именно гуслицких корней, а не более поздних возможных браков уральского времени. Но здесь еще думать нужно…

 

Еще прошу обратить внимание на Анфису Чекалову, что деньги серьезные обычной почте доверять склонна. На минуту к теме своей любимой вернусь: не частое имя Анфиса в гуслицких селениях, одна на каждые 17-18 девушек, что Авдотьями наречены были. А вот, к примеру, Федула взять, так вообще редкое имя, всего три раза в моей базе и обнаружился… Что это я про Федула-то? Ах, ну, да… Все же про Анфису Чекалову я в следующей публикации вспомню.

 

И то сказать – ведь как интересно с редкими имена бывает. Уж и не знаю сейчас, кто, Ирина или я, стали искать Мавру Викулову в селениях гуслицких. Нашла ее Ирина, кстати, именно в Костино. Как есть - Мавра Викуловна 1809 года рождения. Где-то перед самыми новогодними праздниками, прошедшими только что, углядел я в Ольгиных записях (спасибо, Ольга!!) запись о крещении на Рогожском кладбище 15.07.1849 Марфы, родители из д. Яковлевской Викул Никифоров и Авдотья Титова, присутствуют Мавра Викулова (деревня не указана) и Кондратий Федотов.
Ну, естественно, восклицаю на радостях: а уж не родители ли здесь ее указаны!
Но Ирина к этому с сомнением отнеслась. Я понимаю, вы сейчас скажете: «У-у, капризная какая!». Да я и сам в какой-то сложный момент размышления так подумал.
Потом сообразил, что это в Ирине профессионализм ее таким образом проявляется, потому как профессионал по опыту своему во всем сомневаться должен и не быть уверенным подобно дилетанту. Это я со своей эмоциональностью готов кричать: «Эврика!». А Ирина чего-то там сложила, прибавила, вычла, подытожила и объявила, что, дескать, нет, не то.
Мавра Викуловна, скажу я вам, сочетание отнюдь не частое. Но на днях в справедливости Ирининых сомнений убедился, когда в деревне Новой нашел еще одну Мавру Викуловну 1811 года рождения, других, понятно, родителей…

 

(что-то я совсем увлекся, но к теме еще вернусь)

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Володя, моя Мавра Викулова (родилась в Новой, замуж вышла в Костино) - 1809-1811 гг. рождения. У Викула из Яковлевской рождается ребенок в 1849 г. Разница в возрасте получается около 40 лет. Конечно, при наличии не первой жены для мужчины такое возможно, но маловероятно. Я вот у себя нигде не нашла возраст Викула из Яковлевской, но мне кажется, что я его смотрела, и это Викул никак Мавре в отцы не годился. А вообще я просмотрела всех казенных и удельных крестьян Богородского уезда по РС-1816. Мавра Викулова подходящего возраста была всего одна - в д.Новой. Кстати, от Новой до Костина тоже недалеко, вспомни, мы же там ехали.
А вчера мне написала дочь той семейной пары, которую мы встретили в монастыре.

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Ира, потрясающе! Мы с Володей на днях говорили об этой паре. И он интересовался, не связались ли они с тобой. Телепатическая связь просто какая-то! А ты не нашла у себя запись о книге, которую они нам показывали? Помнишь, по Подмосковным монастырям и храма? Я очень такую хочу. :)


168fbeb1ab3b.jpg

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Перемещения в пространстве. Иконописцы Гуслиц (продолжение 3).

 

И, наконец, встретил, материал, посвященный старообрядческим общинам Урала:
http://virlib.eunnet.net/books/oldb3/index.html Выборку из него привожу здесь.
«…Среди представителей других известных фамилий, последователей Белокриницкой иерархии, необходимо назвать купцов Чекановых Александра и Мартина Кирилловичей, совладельцев фаянсовой фабрики на ул. Бороздинской в Екатеринбурге. Их отец, Кирилл Прокофьевич, происходил из крестьян Богородицкого уезда Московской губернии. Он перебрался на Урал в первой половине XIX в. В 1846 г. “завел” гончарное заведение в Екатеринбурге, а в 1863 г. “приписался” во 2-ю гильдию местного купечества. М. К. Чеканов (род. в 1840 г.) в 1880-е гг. некоторое время возглавлял общество Свято-Троицкой старообрядческой церкви. Он был женат на Анфисе Федуловне (урожденной Шуровой), сестре еще одного “австрийца”, купца 2-й гильдии Андреана Федуловича Шурова (1850 – 1910). Отец Шурова, Федул Семенович, был уроженцем д. Елизарово Московского уезда Московской губернии. После переезда на Урал некоторое время служил приказчиком в нижнетагильской лавке “торгующего крестьянина” Т. М. Аксенова, а позже сам владел мануфактурной лавочкой. А. Ф. Шуров с 1884 г. числился купцом 2-й гильдии. Он был владельцем гончарно-посудной фабрики на ул. Бороздинской, которая перешла к нему от тестя, Симона Панфиловича Афонина. В конце XIX – начале XX вв. А. Ф. Шуров неизменно входил в состав попечительского совета “австрийского” храма. В 1900-е гг. он отошел от коммерческой и производственной деятельности, передав управление гончарно-посудным заведением сыну, а надзор за торговлей (посуда, хрусталь, фарфор, фаянс) – жене Марфе Симоновне.
Несомненно, что с Чекановыми и Шуровыми были тесно связаны и другие купцы-“австрийцы” – Семен и Сергей Васильевичи Янины, отец которых также был выходцем из Подмосковья. Дело в том, что братья имели посудные магазины в Екатеринбурге. В Ирбите они тоже торговали в “хрустальном” ряду. Семен Янин помимо этого занимался реализацией листового стекла, зеркал, мебели, ламп и т. п. Как и его партнеры по бизнесу, Семен Янин числился среди попечителей “австрийского” молитвенного дома. После смерти С. И. Афонина С. В. Янин был избран старостой старообрядческой общины. Дочь Семена Васильевича Анфиса в 1910 г. вышла замуж за Ф. В. Янченко, известного уральского предпринимателя, владельца обойно-пакетной фабрики, деятельного члена “австрийского” согласия. К элите екатеринбургского купечества принадлежали также “австрийцы” А. Е. Калинин (в начале XX в. занимавший пост “епархиального казначея”), А. В. Бородин, И. С. Соколов».

 

Янины – фамилия из деревни Яковлевской.
Так, в частности замуж за Пимена Андреева Янина 1829 года рождения выходит
Марфа Кирова 1829 года рождения, дочь Кира Васильева Моисеева из Смолево.

 

И еще я вижу здесь перекличку фамилий: Чекаловы – Чекановы.
И та, и другая фамилия гуслицкого происхождения, если верить предыдущим выборкам моим из Интернета. Да и Анфиса Федуловна Чеканова (Шурина) елизаровских кровей по отцу. Про Анфису Чекалову этого не говорится, но Романовых из Костино она, безусловно, знает. Уж не одно ли это лицо?

 

Фактов это утверждать, конечно, маловато. Несомненно, одно – уральский контингент гуслицких «переселенцев» интересен и весьма интересен…
Упоминающегося в тексте И.С.Соколова я принципиально в размышления не беру. А что тут скажешь? Разве то, что у меня совершенно не ясна судьба некоторых смолевских Соколовых: Семена Антипова 1840, Савелия Михайлова 1841, Степана Михайлова 1848, Ивана Степанова 1861 годов рождения… Вопрос есть. Пока без ответа…

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Галина приехала!!!

 

bd1f2de0f022.jpg

 


Приехала - со вздохом «Ну, наконец-то дома!». Приехала – насыщенная работой в архиве по самые уши. Приехала – с заветной тетрадкой…
В четверг еще звонила мне из ЦИАМ: «Слушай, Ольга предлагает посмотреть исповедную ведомость по Смолево за 1815 год… там и женщины есть». Ольга, спасибо за предложение!

Поначалу я на него не отреагировал - у нас ведь есть ревизия 1816 года. И прикидывая фронт незавершенной работы Галины (списки избирателей 1917 года не до конца просмотрены, метрики Молоково не завершены), я вынужден был ей сказать, чтобы сосредоточилась на чем-то определенном. Но в голове это крутилась и спустя полчаса пишу ей сообщение: «Посмотри, дескать, всего одну пару в исповедке: Якова Мартинова и Анну Еремееву (это мои прапрапрадед-бабушка)».
И вот Галина приехала и заветную тетрадь привезла. Я, естественно, в нее носом уткнулся и листать стал. Дошел до выписки из 1815 года. С удовлетворением отметил, что Яков с Анной прописаны. Ну и дальше листаю. И тут до меня доходит, что же там записано…

 

А чтобы оценить, я к 1773 году вернуться должен. В свое время над периодом 1773-1816 года много размышлял (в теме свои размышления отразить пытался), и все вокруг моего Якова Мартинова. Родился он по всем последующим документам в 1770-1771 г., причем, отец его Соколов Мартин Савельев в 1771 году «от заразы» умирает. Нет Якова Мартинова ни в «заразных скасках» 1773 года, ни в исповедной ведомости 1796 года. Впервые в гордом одиночестве появляется он в ревизии 1811 года.
Даже других потенциальных отцов его проверил. В Смолево еще два Мартина были, которые могли бы ему в отцы годиться, но оба при анализе отпали по тем или иным причинам.
А еще в 1773 году у Мартина Савельева дочь обозначена, ей 9 лет, Анисьей зовут.
Ну, и вот дошло до меня, что запись о дворе под номером 15 исповедной ведомости 1815 года вот как начинается: «Вдова Анисья Мартинова 66 лет…». Насчет «66» - это ошибка, она исправлена в ревизии 1816 года, где возраст Анисьии – 52 года, как и должно быть. Дети, естественно, совпадают: Анофрий, Матвей и Анна. Точно, это моя двоюродная прапрапрабабушка! Но самое главное дальше написано: «…брат ее Яков Мартинов 50 лет, жена его Анна Еремеева 26 лет». Вы на возраст не смотрите, он иногда не точно указан. В ревизии 1816 года все верно: 46 и 36 лет соответственно.

 

Смотрите на слово «брат». Ведь это и есть открытие местного значения для меня! Благодаря вам, Ольга и Галина, я от вероятностной оценки (дескать, с вероятностью 95 процентов отцом Якова Мартин Савельев является, что в 1771 году умирает) к убежденности в этом факте пришел.

 

Но это не все. Анисья :записана первой, то есть, старшей по двору. Ведь в то суровое время было так почти:
- «Кто старший по двору?».
- «Я!» – говорит Анисья, делая шаг вперед. А спрашивающий строго ее останавливает. Отойди, женщина, я о человеках спрашиваю.

 

В каком случае Яков после вдовы вписан может быть? Я думаю, скорее всего, в том случае, когда он недавно подселился в этот дом. Вот и тут моя версия о том, что проживал Яков (скорее всего, с матерью Агафьей Лукьяновой) после смерти отца в иных местах, чтобы где-нибудь к 1811 году в Смолево вернуться, подтверждается.
В 1811 году он с Анисьей еще не живет одним двором. Если бы так было, вместе с ним были бы указаны: муж Анисьи Роман Егоров и ее сыновья Поликарп, Анофрий и Матвей (в этой ревизии женщин не указывали).
В этой ревизии 1811 года Яков записан один. Все события вокруг Якова происходят в 1813 году. В этот год у Анисьи умирает муж Роман, а старшего сына Поликарпа отдают в рекруты. Мало того, У Анны Еремеевой в этот же год умирает первый муж Аввакум Демидович, и она выходит замуж за Якова. Причем, именно в этот год и никак иначе, поскольку в 1815 году у них уже есть сын Зот двухлетнего возраста.

 

1813 – решающий год для всех моих Соколовых!

 

И опять не все. Загадочной остается для меня фигура Романа Егорова, первого мужа Анисьи. Он, по всей видимости, не смолевский. Нет его нигде ранее. А все сыновья Анисьи от первого брака фамилию Соколовых носят. Видимо, мог Роман быть в ту пору безфамильным. Ну, и принял фамилию жены…
Вот такие дела…

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Володя, нельзя сравнивать состав дворов по исповедкам и ревизиям. Исповедки в данном случае более "родственные". Бывает так, что в ревизии братья уже записаны в разных дворах, а по исповедкам они еще долго в одном дворе числятся.
И то, что вдова записана первой в исповедке - тоже обычное дело. Чаще всего старшей в исповедках писалась вдова самого старшего мужчины, если у нее были дети мужского пола.

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Ирина! Я никогда не устану учиться у тебя профессиональному взгляду на тонкости генеалогического поиска. Действительно, считаю это важным, хотя и думаю, что вряд ли когда-либо стану профессионалом в данном вопросе. Вероятно, ты права. Нет, не так, я уверен, что ты права в оценке уровня достоверности записей в исповедных ведомостях и ревизских сказках. Но тем не менее…
В Исповедной ведомости 1815 года записано следующее:
«Двор 15.
Вдова Анисья Мартинова 66 лет,
Дети ее: Анофрий 24 лет,
Матвей 21 года,
Анна 19 лет,
Сноха их Матрена Иванова 32 лет,
Брат ее Яков Мартинов 50 лет,
Его жена Анна Еремеева 26 лет,
Дети их: Ульян 6 лет,
Зот 2 лет».
Вот и все, что написано.

 

Вариантов оценки этой или какой-то иной записи у нас на самом деле всего три.
Первый – «все так и есть в полном соответствии с действительностью».
Второй – «все это абсолютная придумка и ни одному слову здесь нельзя верить».
Третий – «все так и есть, но вероятность ошибки в записях существует, а какие-то тонкости, например, старшинство по двору, в исповедных ведомостях могут вообще не соответствовать действительности».
Что разумный человек может выбрать из этих трех вариантов? Мне кажется, что всегда и во всем, причем неважно, какого документа это касается, - только третий вариант.
Я выбираю его.

 

Но вот что интересно - у нас с тобой есть различия и в прочтении. Ты читаешь профессионально-оценочно, я читаю результативно-личностно. Но смотри, что ты теряешь при своем прочтении:
1. Ты проходишь мимо слова «брат». Готова ли ты его поставить под сомнение? Если готова, то почему? Какие у тебя доводы? Но именно оно вносит недостающее звено по отношению к моему Якову. И я не могу читать его в профессионально-оценочном поле. Я читаю его исключительно как аргумент в пользу или в отрицание того или иного своего предположения.
2. Стилистика изложения записи за счет отнесенности всех строк к первой «вдова Анисья Мартиновна», ей богу, не позволяет мне предполагать, что здесь собраны люди, проживающие в разных дворах.
3. Да, насчет старшинства во дворе – сложнее. Но я уверен, что при отсутствии дополнительных аргументов, то, что написано, следует принимать как наиболее вероятное предположение. Оснований считать иначе, у нас просто нет. Мы можем лишь допустить, что на деле все как-то иначе, но это означает большее фантазирование, чем готовность принять написанное.
Ну, и так далее.

 

Но вообще ты нечаянно задела интересную тему. Ты знаешь, я ведь раньше думал, что важнее профессионализма вообще ничего не существует. Что только дилетанту все ясно, а профессионал во всем сомневается, поскольку видит инфраструктура явления, о существовании которой дилетант и не догадывается.
А сейчас я думаю иначе. Я думаю, что дилетантизм имеет две формы. Пассивный дилетант никогда профессионалом не станет. У него просто нет ресурсных возможностей развития, мотивационных, прежде всего. А вот активный дилетант таков, что он как будто постоянно раскрывает для себя новые области. Он креативен, но за счет этого он всегда оказывается в незнакомой для него ситуации. То есть в своем развитии он естественным образом вынужден оставаться постоянно развивающимся дилетантом.
Я все время думаю, а вдруг я вот тоже таков. Вот было бы счастье.

 

И еще насчет себя. Время от времени у нас с Галей возникает спор. Она мне говорит: «Вот там, где ты шутишь, ты что, не можешь поставить улыбающийся смайлик?». Я отвечаю, что тогда все мои публикации будут состоять из этих смайликов. Меня заводит моя собственная увлеченность смолевскими поисками, но именно над ней я тоже готов приколоться. По-моему это нормально.
Вот… Не суди строго.

Ссылка на комментарий
Поделиться на других сайтах

Присоединяйтесь к обсуждению

Вы можете опубликовать сообщение сейчас, а зарегистрироваться позже. Если у вас есть аккаунт, войдите в него для написания от своего имени.

Гость
Ответить в теме...

×   Вставлено в виде отформатированного текста.   Вставить в виде обычного текста

  Разрешено не более 75 эмодзи.

×   Ваша ссылка была автоматически встроена.   Отобразить как ссылку

×   Ваш предыдущий контент был восстановлен.   Очистить редактор

×   Вы не можете вставить изображения напрямую. Загрузите или вставьте изображения по ссылке.

 Поделиться

  • Сейчас на странице   0 пользователей

    • Нет пользователей, просматривающих эту страницу.
...
×
×
  • Создать...

Важная информация

Пожалуйста, прочитайте Условия использования